Ольга Зайцева выиграла вторую гонку за два дня и стала реальной претенденткой на Кубок мира. 11-я победа Зайцевой – как упрек остальной команде, которой не помогает даже волшебник Пихлер. Пожалуй, без Зайцевой мы бы так и смотрели на Нойнер, Домрачеву, Мякяряйнен и Экхольм как на богинь. Итоги гонок преследования в Хохфильцене.
Декорации Хохфильцена, пусть и просятся ежедневно на фон рабочего стола, все-таки постепенно надоедают. Болельщикам, кроме тех, кто вторую неделю торчит в австрийской деревушке, охота смены пейзажа и вообще освежения обстановки. Биатлонисты радуются не столько факту затянувшегося обитания здесь, сколько отсутствию переездов. Среднегорье окрыляет не каждого, а «рулеточная» погода многих вдобавок присмиряет.
Нашим тут, как ни странно (ну или действительно не странно), бежится: подиумы косяком, снег хлопьями, трасса сугробами, настроение в порядке. Даже пуля в пулю, как мечтается незабвенному Владимиру Барнашову, иногда летит. Но не у всех.
А, кстати, если бы Ольга Зайцева ушла, женской сборной России было очень плохо. Пусть звучит ворчливо, но оно, ворчание – правдивое. Без Зайцевой за три декабрьских этапа наши девушки не сообразили бы ни единого личного подиума (эстафетный, пожалуй, тоже бы не сообразили, но тут уже гадание).
Без Зайцевой заводилой бригады Пихлера считалась бы Анна Богалий-Титовец. Он без дураков заслуженная и матерая, умеет выдавать ноль регулярно и благодаря ему шумно схлопывает пятнадцать соперниц впереди себя. Но она – не лидер, не вожак и, давно очевидно, не претендент на Кубок мира. А так есть Ольга, которая лидер, вожак, претендент и человек-оркестр.
Без Зайцевой требовалось бы всерьез воспринимать ежегодные, как субботник, обещания Светланы Слепцовой, что когда-то там потом все станет шоколадно, что она не будет задыхаться к финишу, что перестанет через раз слетать с катушек на стрельбище, что научится одной своей аурой ломать других, а не ломаться от любого шороха рядом. А так есть Ольга, которая вновь аптекарски точна. Причем без малейшего налета машинности. Наоборот, ее финальная заминка – как сигнал, что с винтовкой работает человек, а не робот.
Без Зайцевой надо было бы мучиться вопросом, что случилось с чуть ли не единственным светлым воспоминанием прошлого сезона – Екатериной Юрловой – и почему Вилухина прогрессирует не настолько лихо, как ее сверстницы (отнюдь не уникальные по таланту) Брюне, Абер и Сулемдал. А так есть Ольга-старшая, которая в нужный момент просто переключит сознание на что-то положительное.
Без Зайцевой приходилось бы называть Нойнер, Домрачеву и Мякяряйнен – феноменальными скоростницами, а Хелену – феноменальным снайпером, вздыхать от их отрыва в генерале и придумывать разные форс-мажоры, при которых кто-то из россиянок сможет их настичь. А так есть Ольга, которая крепко поджала немку с белоруской, взяла за горло финку и закрыла ворота перед шведкой.
Без Зайцевой еще не случилось бы много чего исторического, а так есть Ольга, больше которой в российском женском биатлоне не побеждал никто.
Победы россиянок в личных гонках на этапах КМ с 1992 года по настоящее время: Ольга Зайцева – 11 Ольга Медведцева – 10 Галина Куклева – 9 Анфиса Резцова – 7 Светлана Слепцова – 6 Ольга Ромасько – 4 Анна Богалий-Титовец – 4 Альбина Ахатова – 2 Екатерина Юрьева – 2 Светлана Ишмуратова – 2 Анна Булыгина – 1 Яна Романова – 1 Наталья Сорокина – 1 Ирина Мальгина – 1 Ольга Мельник – 1 Надежда Таланова – 1
Тимофей Лапшин – очередная российская вспышка декабря, вырулил на преследование со спринтерским нулем в рюкзаке и достойными погонщиками в компании. Его снайперская безупречность жила до последнего рубежа – дольше, чем медальные шансы. Покидая стрельбище, главный блондин сборной почему-то откатывался в хвост любой подвернувшейся группы. Сначала это выглядело хитрой тактикой, ближе к финалу – неспособностью держать темп. Шестнадцатая строка – здорово. Если оценить контекст (один промах и минус тринадцать) – не особо. Волков, работая неброско, всю дистанцию просуществовал в диапазоне между восьмым (откуда стартовал) и одиннадцатым номерами. Закончил десятым – не трагичный, но откат вниз. Леша недоволен, что само по себе хороший знак.
Устюгов с Маковеевым, синхронно полыхая на ковриках, вот прорвались – правда, тоже без феерии. Ощущение, что, когда проблема с меткостью исчезнет, парни будут таранить подиум, есть. Ощущение, что проблема с меткостью исчезнет прямо завтра к обеду, не появляется.
Дмитрий Малышко, увязнув на границе очковой зоны, какие-то крохи наскреб. Что помешало распороть пелотон по методу Хаккинена (плюс 36) или Легеллека (плюс 40) – питерский дебютант объяснит, причем вряд ли нашпигует речь словами «журналисты» и «давление».
Кроме канадо-американского экспресса, мимо Димы (и еще огромной толпы народу) просвистел позавчерашний позорник Свенсен. Через тридцать голов – программу-минимум – перемахнуть удалось. Скакнуть мощнее не позволила чудовищная расхлябанность на лежках. Бенджамин Вегер, протолкнувшийся в условные цветы из третьего десятка, стал Эмилю чуть ближе по тоталу, Бо с Мартеном Фуркадом – наоборот, там же серьезно отдалились.
Приготовившись делить золото, оба вдруг осеклись на заключительной стойке (Мартен – дважды), смирились с топ-8 и отпустили в отрыв терпеливых Бьорндалена, Бирнбахера и Симона Фуркада – при единственном промахе на троих за целый пасьют.
Его автор – француз – вроде бы примеряется к собственным кондициям двухлетней давности, но пока, радуясь бронзе, сдается до ленточки. Бьорндалену тоже нечего грустить – он впервые за много месяцев выглядит идеально (с винтовкой-то точно), занимает второе место (лучший результат с Эстерсунда-2010) и наверняка жалеет, что впереди – почти три недели простоя. «Не потеpять бы в серебре…» (с)
Нежданный фронтмен немецкой команды – Бирнбахер – те же три недели имеет право стучать кулаком в грудь. Распахав несчастный хохфильценский круг и уничтожив двадцатку мишеней, Анди проглотил почти полпелотона, чтобы в кульминации познать трудность борьбы с идеалом.
Теперь познает, как отмечаются победы над идеалом.
